Мне б рук своих уставшие ладони,
Прижать к щекам проснувшейся зари.
Услышать бриз печалью саксофона,
Увидеть даль туманом, что парит.
Пройтись босым, по жемчугам росистым,
Пусть зелень трав коснётся моих ног.
И в неге изумрудно – серебристой,
На брудершафт с рассветом пить вино.
Пусть тайны звёздной ночи, он расскажет,
Пусть грусть изложит медного клинка.
Как в неводе из тонкой луной пряжи,
Сияет рябью спящая река…
Как дымкой ночь речную гладь укроет,
И марь окутает стан лебедей.
И серьги овсюга вплетёт покроем,
Как мать родная маленьких детей.
Спущу на воду я челнок забытый,
По факелу зари пущу весло.
Прижмусь я к косам плачущей ракиты,
Душе ее, что б было чуть светло.
Несёт меня малиновой волною,
По зеркалу дымящейся реки.
В тот тайный храм, что названый судьбою,
Что сетью лёг на линии руки.