Я ношу твое имя с собою повсюду, и ужасно боюсь его произносить,
Кажется, если сказать его вслух, оно вырвется и улетит,
А вместе с ним исчезнешь и ты, прихватив с собой то,
Что мне тоже очень страшно назвать.
То, что сколько ни лей воды, все равно не сгорит,
То, что сколько ни бей - не сломить и не сломать.
Я стою пред тобою без кожи, немой и совсем без сил,
Не в ладах с нутром своим, нервно слушаю бит
в висках,
Словно пуля навылет каждый сердечный удар,
И неважно мне - наказание ты или дар.
Если бы Сам появился и меня спросил
о моих желаниях,
Я бы ответил:
Навсегда оставаться обитателем дна в её зрачках
И слышать, как шелестит в ресницах ее ветер.