Тёте Маше из ста почти шестьдесят.
На тумбочке сонник и валидол,
За стенкой соседи всю ночь кутят,
А завтра — очередь мыть коридор.
На тёть Машиной кухне аж пять столов,
За окошком Фонтанка и БДТ!
Но вот портит картину сосед Петров,
На жене отработав приём каратэ.
Тётя Маша Петровых в расчёт не берет,
Понаехали года четыре назад...
У неё тут — вся жизнь: книги, кот,
Переулок Джамбула и Лениздат.
А Петровы пытались сушить бельё!
В коридоре развесили простыни,
Но она как могла отбивала своё.
И отбила! Обиделись. Бог с ними!
Тётя Маша курить ходит ночью во двор,
Там молчит и дымит в темноте.
У неё с собой давний ещё уговор —
Не курить в доме и при коте.
Все подруги твердят: “Продала бы давно
Эти метры, да в новый район.
Свой санузел, балкон, магазинов полно.”
Но тёть Маша упряма как слон!
И никто из подруг всё никак не поймёт,
Как она здесь живет столько лет!
Коммуналка, соседи и море забот.
И, простите уж, очередь в туалет.
На Васильевский остров она не пойдёт.
Будет время — помрет на Фонтанке.
А пока столько дел: коридор, тот же кот,
И с Петровыми игры в молчанку.