возвращаются люди однажды все как и с войн:
волоча едва ноги, в бинтах, но упрямо живы
(в раскуроченном городе дом бы найти им свой,
ни медалей не надо, ни почестей, ни наживы) -
так и с личного фронта приходят, взорвав мосты,
пережив месяца недоверия, зла и бреда:
безнадёжно согреться пытается, кто остыл,
безуспешно довериться - тот, кто остался предан
(во всех смыслах последнего слова) и кто таскал
и своих, и чужих на спине от огня повыше.
так из глаз ветеранов любви и глядит тоска,
потому что внутри ни один
(ни один!)
не выжил.